Комитет Государственной Думы по делам Содружества Независимых Государств, евразийской интеграции и связям с соотечественниками
Государственная Дума Федерального Собрания Российской Федерации

Являются ли Транстихоокеанское партнерство и зона свободной торговли ЕС – США прямыми конкурентами ЕАЭС и проекту Шелкового пути?

Являются ли Транстихоокеанское партнерство и зона свободной торговли ЕС – США прямыми конкурентами ЕАЭС и проекту Шелкового пути?
16 Июня 2015
В последние годы происходит заметная активизация интеграционных процессов в Евразии. Большие планы и свое видение будущего Евразийского континента и Азиатско-Тихоокеанского региона есть и у США. В чем суть альтернативных проектов, продвигаемых Америкой, и могут ли они уже сейчас оказать заметное влияние на евразийское сотрудничество?
В последние годы происходит заметная активизация интеграционных процессов в Евразии. Буквально две недели назад ЕАЭС шагнул на Восток, заключив соглашение о зоне свободной торговли (ЗСТ) с Вьетнамом.

При этом, как отметил министр по торговле Евразийской экономической комиссии Андрей Слепнев, инициативы по созданию зон свободной торговли поступают с очень серьезной регулярностью. «Практически каждые две-три недели появляется страна, которая предлагает начать переговорный процесс по ЗСТ. Всего в списке больше 30 стран. Кто-то в более активной степени, кто-то — в менее», — сказал он.

По его словам, в ЕЭК уже почти готовы, но заморожены соглашения с Новой Зеландией и Европейской ассоциацией свободной торговли (Исландия, Норвегия, Швейцария, Лихтенштейн), а также ведутся исследования по Индии, Китаю и Египту.

Параллельно Китай активно продвигает проект экономического пояса Шелкового пути, к участию в котором приглашены страны ЕАЭС. 8 мая в Москве лидеры КНР и РФ оформили совместное заявление о сотрудничестве по сопряжению двух интеграционных проектов.

Нельзя забывать и инициативу Китая по созданию Морского шелкового пути XXI века. Конечными потребителями товаров, которые пойдут по этим маршрутам, выступают в первую очередь страны Европейского союза.

С другой стороны, США тоже имеют большие интеграционные планы и свое видение будущего Евразии и Азиатско-Тихоокеанского региона. В частности, Америка продвигает проекты Транстихоокеанского партнерства (ТТП) и зоны свободной торговли ЕС — США. При этом в рамках проекта ТТП США пока стараются избегать сотрудничества с Китаем.

Через Тихий океан

Предложение о создании Транстихоокеанского партнерства было выдвинуто в 2003 году Новой Зеландией, Сингапуром и Чили. В 2005 году участником стал Бруней, тогда же четыре страны подписали соглашение об учреждении ТТП.

Переговоры о присоединении Америки к еще создаваемой структуре Транстихоокеанского партнерства ведутся за закрытыми дверями с 2008 года. В июле 2011 года с концепциейнового Шелкового пути выступила госсекретарь США Хиллари Клинтон. Этот проект предусматривал создание сети торговых и транспортных коридоров, которые будут проходить через Афганистан и свяжут между собой рынки государств Южной и Центральной Азии.

Кроме того, по задумке он должен дать возможность странам Центральной Азии, которые не имеют выходов к морям, расширить доступ к зарубежным рынкам. По словам Клинтон, эта инициатива является частью долгосрочной стратегии США по Афганистану.

Впрочем, по мнению ряда экспертов, развитие Афганистана для США является только поводом для расширения своего влияния в регионе. Америка встревожена усилением позиций Китая на мировой арене и намерена воспрепятствовать наращиванию доминирования страны. Это косвенно подтверждается активизацией создания Транстихоокеанского торгового партнерства, в котором не предполагается участие Китая.

На сегодняшний день в переговорный процесс о создании ТТП вовлечено 12 стран, на долю которых приходится почти 40% глобального ВВП и 26% мировой торговли.

Если сторонам удастся найти компромисс и соглашение будет достигнуто, ТТП станет самой крупной зоной свободной торговли в мире

В переговорах, помимо США, участвуют Япония, Канада, Австралия, Мексика, Малайзия, Сингапур, Чили, Перу, Новая Зеландия, Вьетнам и Бруней. К тому же в присоединении к соглашению выражает заинтересованность и Южная Корея, что потенциально может значительно увеличить экономический вес партнерства.

Эксперты, опрошенные World Economic Journal, считают, что в действительности ТТП является амбициозной попыткой сформировать всеобъемлющее соглашение, которое позволит не только снизить тарифы и другие барьеры для открытия рынков, но и установить стандарты по целому ряду вопросов, затрагивающих торговлю и международную конкуренцию.

Важное место на переговорах занимают вопросы, касающиеся выработки правил о правах интеллектуальной собственности, государственных закупок и роли государства в частных предприятиях. В проекте договора 29 глав, посвященных широчайшему кругу вопросов — от финансовых услуг до телекоммуникаций и санитарных норм для производства продуктов питания. Но не все так гладко, как кажется на первый взгляд.

Основную часть соглашения пока еще держат в секрете, однако отдельные его положения уже просочились в прессу и дают возможность оценить намерения государств, составлявших этот документ. Эти вопросы касаются охраны окружающей среды и интеллектуальной собственности.

По информации Центра международной журналистики и исследований РИА Новости, в разделе «Добровольные механизмы улучшения защиты окружающей среды» чиновники во главу угла ставят интересы энергетических компаний. Сторонам предлагается признать, что «гибкие, построенные на добровольной основе механизмы, такие как добровольный аудит и публикация его результатов, рыночные стимулы, добровольный обмен информацией и опытом, государственно-частное партнерство, могут способствовать созданию и поддержанию высокого уровня защиты окружающей среды и дополнять национальные меры регулирования».

Трудно сказать, готовы ли участники переговоров подписать итоговый документ, как только его текст станет известен, а стоящие за договором намерения прояснятся. Эксперты не исключают, что принимающие участие в переговорах Бруней, Малайзия, Вьетнам и Сингапур используют сам этот факт в качестве инструмента давления на Китай с целью заключения соглашения о создании собственного варианта ТПП — зоны свободной торговли Азиатско-Тихоокеанского региона (FTAAP).

«Создание такой системы свободной торговли в Тихом океане без участия Китая является неполной концепцией, тем более что и у некоторых других стран Азиатского континента есть сомнения относительно возможного участия в этом проекте», — отметил генеральный директор Российского совета по международным делам Андрей Кортунов.

По мнению эксперта, скорее всего, ТТП станет союзом, который объединит США и их ближайших союзников в акватории Тихого океана, но, по всей видимости, не будет включать в себя Китай и основных игроков континентальной Азии.

«Здесь появляются возможности для формирования дополнительного торгово-экономического союза, который мог бы определяться интересами Китая и других крупных государств Азии», — добавил Кортунов.

Как и любое другое многостороннее торговое соглашение, ТТП сталкивается с трудностями. Каждая страна, участвующая в переговорном процессе, имеет ряд продуктов, которые она хотела бы защитить. Противоречия между сторонами урегулировать пока не удается, и сроки вступления в силу соглашения остаются неясными.

Экономическое НАТО

В конце прошлого года канцлер Германии Ангела Меркель заявила, что единственным путем разрешения сложной экономической обстановки в ЕС может стать создание трансатлантического соглашения о партнерстве в области торговли и инвестиций с США — Transatlantic Trade and Investment Partnership (TTIP). Проект союза может быть оформлен уже в текущем году, затем пройти процедуры согласования законодательными органами двух участников.

В принципе идея не нова: еще в 1995 году комиссар ЕС по вопросам торговли озвучивал эту мысль и призывал к созданию трансатлантической зоны свободной торговли. Однако потом, с созданием и расширением ВТО, эта идея оказалась отложенной в долгий ящик.

Формально TTIP (раннее TAFTA- Transatlantic Free Trade Area) означает создание зоны свободной торговли. По оценкам экспертов — сторонников союза, объем потребительского рынка TTIP составляет 820 млн человек и на них приходится половина мирового ВВП, а также треть мирового товарооборота. Кроме США и стран Евросоюза в проект будут включены Канада, Мексика, Швейцария, Лихтенштейн, Норвегия и Исландия, а также страны — кандидаты в члены ЕС.

Основные цели проекта соглашения: открытие рынка США для европейских компаний, преодоление бюрократических барьеров для компаний при экспорте, создание новых правил для упрощения импорта, экспорта и инвестирования.

Кроме этого планируется перезапустить развитие европейской экономики, адаптироваться к новым развивающимся рынкам, создать рабочие места (по подсчетам немецкой политической партии XCC — от 400 тыс. до 1,3 млн рабочих мест в ЕС и только 200-400 тыс. в Германии), изменить правила международной торговли и многое другое.

Однако некоторые эксперты ставят под сомнение эти планы и сроки ввиду большого количества сложностей процесса, споров между сторонами и внутренней оппозиции в странах-участницах.

Cнятие всех торговых и таможенных барьеров между США и ЕС может разрушить механизмы, которые позволяют отдельным государствам Европы защищать стратегически важные сектора национальной экономики

Скептики считают, что снятие всех торговых и таможенных барьеров между США и ЕС может разрушить механизмы, которые позволяют отдельным государствам Европы защищать стратегически важные сектора национальной экономики от нечестной зарубежной конкуренции и демпинга, пишет World Economic Journal. Огромные сложности кроются и в необходимости гармонизировать законодательство стран — будущих членов соглашения.

Самым распространенным доводом противников TTIP стало мнение, что соглашение принесет выгоду только крупным корпорациям, так как они получат выход на большие рынки, и при этом окажет лишь негативное влияние на малый и средний бизнес, который не планировал расширять свое присутствие на чужом рынке.

«Если смотреть на расчеты, которые приводятся, то в целом для ЕС это может дать прирост от 1 до 1,5% ВВП. Есть точка зрения, что ряду европейских стран, например Италии, где большую роль играет малый и средний бизнес, станет легче проникать на американский рынок, чем до заключения TTIP. Сейчас в связи с тем, что существуют таможенные и прочие процедуры, их преодоление скорее по силам крупным корпорациям, для которых введение нового режима мало что изменит, а малому и среднему бизнесу стран Южной Европы это может помочь. Хотя, конечно, это будет связано с повышением конкуренции, поскольку их рынок будет открыт для американского бизнеса», — считает Кортунов.

Также противники утверждают, что TTIP лишит суды ЕС права регулировать торговые отношения и передаст все дела в сфере международного арбитража наднациональным судебным органам.

Эксперт полагает, что документ едва ли будет принят в ближайшем будущем. «Сейчас прорывов трудно ожидать, поскольку есть серьезные разногласия по целому ряду позиций, и все понимают, что Европа должна сначала разобраться со своими внутренними проблемами. Но, я думаю, над проектом будут работать и в этом направлении продвигаться, хотя быстрых успехов я бы не предполагал», — подчеркнул он.

Есть ли конкуренция?

По словам Кортунова, с точки зрения США, было бы идеально включить в эти два крупных проекта всех основных участников мировой экономики. Но очевидно, что этого добиться уже не удается: независимо от того, насколько успешными окажутся американские переговоры с ЕС и странами Восточной Азии, из партнерств выпадает значительная часть мировой экономики. «Здесь появляется возможность для формирования некоего экономического блока, где Китай и в какой-то степени Россия могли бы стать основными участниками», — сказал он.

Острого соперничества между евразийскими проектами и американскими инициативами пока не наблюдается

Эксперт считает, что конкуренция между интеграционными процессами, безусловно, существует, но при этом не стоит преувеличивать ее значения. «Есть такое понятие, как "естественные экономические зоны", куда может входить значительная часть континента Евразия. Если получится на базе китайских предложений, на базе ШОС, на базе ЕАЭС создать крупную континентальную ЗСТ, то, наверное, это будет позитивным для стран, участвующих в ней», — сказал Кортунов.

Впрочем, ряд экспертов полагает, что особо острого соперничества между евразийскими проектами и американскими инициативами на данном этапе не наблюдается.

По мнению ведущего научного сотрудника Института проблем международной безопасности РАН Алексея Фененко, сейчас проект Транстихоокеанского партнерства находится в стадии стагнации, потому что США не удалось привлечь в него две ключевые страны — Японию и Южную Корею. «Без них это слабое объединение США и стран юга Тихого океана. А если туда вступят Япония и Южная Корея, тогда это действительно дало бы, скажем так, резкий перевес США», — отметил эксперт.

Он полагает, что и перспективы создания зоны свободной торговли между США и ЕС пока туманны. «Конечно, американцы пытаются давить изо всех сил на ЕС, на его потребителей, но в Европейском союзе свое производство, которое не хочет пускать американские товары на их условиях. Европа при этом не получает никакой выгоды,один проигрыш», — сказал Фененко.

Таким образом, с экономической точки зрения инициативы ТТП и TTIP пока не вступают в противоречие с интеграционными процессами в Евразии. Даже с учетом того, что Вьетнам и Чили являются активными участниками переговоров по Транстихоокеанскому партнерству. Хотя первый подписал соглашение о зоне свободной торговли с Евразийским союзом, а посол Чили на днях заявил, что страна заинтересована в развитии отношений с ЕАЭС.

Как отметил Андрей Кортунов, столкновение интересов возможно, но если есть политическая воля, то, конечно, эти противоречия можно преодолеть. Существуют прецеденты, когда страны участвовали в двух или даже большем количестве соглашений о свободной торговле.

«Думаю, что при наличии политической воли такие интересы возможно совместить. Конечно, для этого потребуется большая работа, поскольку одновременное участие в двух и более интеграционных проектах налагает на страну дополнительные обязанности и требует довольно детального технического процесса сопряжения различных интересов. Это нелегко, но в принципе возможно», — сказал он.

«Здесь может быть только одна-единственная проблема: если американцы начнут давить на Вьетнам и Чили с целью, чтобы они отказались от сотрудничества с ЕАЭС», — считает генеральный директор Института каспийского сотрудничества политолог Сергей Михеев. Он уверен, что в основе интеграционных процессов со стороны США лежат не столько экономические, сколько политические интересы. По мере развития связей внутри Евразии Америка создает альтернативные проекты для удержания своих позиций на мировой арене.

Так или иначе, Транстихоокеанское партнерство и зона свободной торговли между ЕС и США являются перспективными, но пока нереализованными проектами. То же можно сказать и об экономическом поясе Шелкового пути, который пока по большей части существует на уровне договоренностей. Поэтому пока вряд ли можно говорить о конкуренции в экономическом аспекте.

Однако уже сейчас важно просчитать возможные сценарии взаимодействия между этими интеграционными блоками. Поскольку продвижение в переговорах и реализация совместных проектов одной стороны будет непременно приводить к развитию интеграционных процессов с другой.

Источник:  www.eurasiancenter.ru

Возврат к списку

Комитет Государственной Думы по делам Содружества Независимых Государств, евразийской интеграции и связям с соотечественниками
Государственная Дума Федерального Собрания Российской Федерации